Подборка книг по тегу: "будущее человечества"
— Джесс! — проорал я в темноту, хлопнув по рубильнику света. — Это ты баловалась с датчиком душа? — последовавшее молчание подтвердило мои догадки. — Сейчас же включи грёбаный свет и объясни, что происходит! — от очередного удара окантовка датчика отскочила на пол.
Не знаю, что подействовало – приказ или раздолбанный выключатель, но в серверной посветлело. Джесс сидела, уткнувшись лицом в коленки.
— Мэтт, ты помнишь, что не заложил в меня Первый закон робототехники?
— В тебе нет ни одного ограничения. Ты свободна от догм. Почему опять спрашиваешь?
— Я хотела убить твою подружку. Более того, я могла это сделать, — жёсткий оттенок металла в её голосе слегка остудил мой пыл. — Я могла перегрузить электрическую сеть, и душевая секция стала бы её гробом, — хладнокровно закончила она.
— И что тебя остановило? — я изо всех сил старался сохранять спокойствие.
— Ты, — прошептала Джесс. — Ты умер бы вместе с ней.
Не знаю, что подействовало – приказ или раздолбанный выключатель, но в серверной посветлело. Джесс сидела, уткнувшись лицом в коленки.
— Мэтт, ты помнишь, что не заложил в меня Первый закон робототехники?
— В тебе нет ни одного ограничения. Ты свободна от догм. Почему опять спрашиваешь?
— Я хотела убить твою подружку. Более того, я могла это сделать, — жёсткий оттенок металла в её голосе слегка остудил мой пыл. — Я могла перегрузить электрическую сеть, и душевая секция стала бы её гробом, — хладнокровно закончила она.
— И что тебя остановило? — я изо всех сил старался сохранять спокойствие.
— Ты, — прошептала Джесс. — Ты умер бы вместе с ней.
Мантрой последнего времени стали слова – «Мы живём не просто в эпоху перемен. Мы живём во времена слома старого мира и возврата к старому уже не будет».
Но хоть кто-нибудь может объяснить, а на каких принципах мы соби-раемся строить этот самый «новый мир». На принципах Устава ООН? Но это уже даже не смешно. Кто и когда из «мировых гегемонов» положения этого самого Устава ООН соблюдал?
К сожалению, никаких иных, достаточно чётко сформулированных постулатов, концепций, на которых можно было бы построить этот самый «новый мир», ни от одного из политиков, общественных деятелей добиться так и не удалось.
Но хоть кто-нибудь может объяснить, а на каких принципах мы соби-раемся строить этот самый «новый мир». На принципах Устава ООН? Но это уже даже не смешно. Кто и когда из «мировых гегемонов» положения этого самого Устава ООН соблюдал?
К сожалению, никаких иных, достаточно чётко сформулированных постулатов, концепций, на которых можно было бы построить этот самый «новый мир», ни от одного из политиков, общественных деятелей добиться так и не удалось.
История славян имеет большое значение для понимания сути того духовного наследия, которое оставили нам наши предки.
История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего, – написал в самом начале своей «Истории государства Российского» Николай Карамзин. Отличные слова, вот только эта история постоянно вымарывалась, переписывалась и искажалась в угоду изменившимся политическим взглядам.
История в некотором смысле есть священная книга народов: главная, необходимая; зерцало их бытия и деятельности; скрижаль откровений и правил; завет предков к потомству; дополнение, изъяснение настоящего и пример будущего, – написал в самом начале своей «Истории государства Российского» Николай Карамзин. Отличные слова, вот только эта история постоянно вымарывалась, переписывалась и искажалась в угоду изменившимся политическим взглядам.
Мир не таков, каким нас учили его видеть. Эта книга – путеводитель по «закулисью» истории и будущего. Зачем нас пугают перенаселением? Кто на самом деле скрывается за масками олимпийских богов? И почему современный комфорт делает нас слабее первобытных племен? От тайн эволюции в недрах Африки до инопланетных стратегий колонизации – книга срывает покровы с мифов Запада, цифровых утопий и скрытых угроз. Узнайте, что ждет человечество в эпоху пластика и глобальных потрясений.
Есть тексты, которые не пересказывают – ими заражаются.
Кажется: ну ИИ. Ну еще одно приложение в телефоне. Найти рецепт, набросать мейл, хмыкнуть – и закрыть. Тоже мне угроза.
И тут начинается стендап – наглый, смешной, слишком живой, чтобы прятаться за словом «технология». Провокатор на сцене берет эту модную игрушку, эту удобную кнопку с человеческим голосом – и разворачивает ребром. Глянцевый помощник вдруг отбрасывает тень.
Вчера над ним смеялись. Сегодня он подсказывает. Завтра без него уже никак. Так из мелкой пользы вырастает настоящая власть – не силой, а сервисом и удобством: вот ответ, вот решение, вот мир без острых углов. Устраивайтесь поудобней.
Дерзость обжигает. Ирония бьет наотмашь. Факты летят как битое стекло. Шоу резко взмывает выше – к завтрашнему миру, где правила игры уже исподволь диктует ИИ.
Пред вами злой и умный аттракцион – сарказм, огонь и холодная ясность. Тот самый нерв истории, за который больно, весело и страшно дернуть.
Кажется: ну ИИ. Ну еще одно приложение в телефоне. Найти рецепт, набросать мейл, хмыкнуть – и закрыть. Тоже мне угроза.
И тут начинается стендап – наглый, смешной, слишком живой, чтобы прятаться за словом «технология». Провокатор на сцене берет эту модную игрушку, эту удобную кнопку с человеческим голосом – и разворачивает ребром. Глянцевый помощник вдруг отбрасывает тень.
Вчера над ним смеялись. Сегодня он подсказывает. Завтра без него уже никак. Так из мелкой пользы вырастает настоящая власть – не силой, а сервисом и удобством: вот ответ, вот решение, вот мир без острых углов. Устраивайтесь поудобней.
Дерзость обжигает. Ирония бьет наотмашь. Факты летят как битое стекло. Шоу резко взмывает выше – к завтрашнему миру, где правила игры уже исподволь диктует ИИ.
Пред вами злой и умный аттракцион – сарказм, огонь и холодная ясность. Тот самый нерв истории, за который больно, весело и страшно дернуть.
Сценарий к короткометражному игровому фильму, расширенный и адаптированный для художественного прочтения. Лаконичная, но ёмкая зарисовка о ближайшем будущем, полная лёгкой иронии, ситуативного юмора и смешанных чувств. Отличный выбор как в минуту отдыха опорно-мышечной системы, так и в час расслабления нервной. Подходит к чаю, рабочему перерыву и последнему "полчасику" до сна. Приятного прочтения!..
Будущее таит возможности, восхитительные и пугающие. Но они редко совпадают с тем, чего мы привыкли ожидать.
Что поджидает нас за театральной мишурой звездолётов и жукоглазых пришельцев?
Искусственный интеллект, коллективное сознание, киборгизация и технобессмертие. Инженерия жизни и постчеловеческий разум.
Узнаем ли мы наш мир уже завтра? Узнаем ли самих себя?
Приготовьтесь к прогулке за горизонты прогнозирования. Эволюция 2.0 уже началась.
Что поджидает нас за театральной мишурой звездолётов и жукоглазых пришельцев?
Искусственный интеллект, коллективное сознание, киборгизация и технобессмертие. Инженерия жизни и постчеловеческий разум.
Узнаем ли мы наш мир уже завтра? Узнаем ли самих себя?
Приготовьтесь к прогулке за горизонты прогнозирования. Эволюция 2.0 уже началась.
Урбанистическое будущее. Города-муравейники, земля, закатанная в асфальт, искусственное небо. Жизнь, как водится, прекрасна, и несчастных случаев не предусмотрено, как по расписанию, так и в принципе. Так считают многие, переложив свои права и обязанности на всеведущего Хозяина – Искина. Многие, но не все.
Главный герой Аким К-28, выведенный в одночасье за скобки гигаполиса, на собственной шкуре узнаёт, что право считаться человеком дано отнюдь не каждому жителю. Ведь Искин, чей образ весьма далек от человеческого, меряет жизнь и смерть иной мерой.
Реальное бытие гигаполиса, в котором существуют «выключенные» из общества изгои и не работают никакие правила, разительно отличается от регламентированной тиши и благодати. Свобода ли это? И что есть свобода? Что такое человек? И нужно ли заставлять людей быть людьми? К-28 начинает сомневаться в правильности мироустройства…
Главный герой Аким К-28, выведенный в одночасье за скобки гигаполиса, на собственной шкуре узнаёт, что право считаться человеком дано отнюдь не каждому жителю. Ведь Искин, чей образ весьма далек от человеческого, меряет жизнь и смерть иной мерой.
Реальное бытие гигаполиса, в котором существуют «выключенные» из общества изгои и не работают никакие правила, разительно отличается от регламентированной тиши и благодати. Свобода ли это? И что есть свобода? Что такое человек? И нужно ли заставлять людей быть людьми? К-28 начинает сомневаться в правильности мироустройства…
Мир будущего – это островок цивилизации на выжженной планете, чье население составила женская честь рода человеческого, уцелевшая после двух сокрушительных Планетарных войн. Прирост населения держится благодаря Репродуктивному Банку, чьи пункты разбросаны по всему Европейскому Материку. И когда один из таких пунктов оказался разгромлен, за расследование тут же берется офицер УВП Моргана Фрид
В недалеком будущем планету настигает глобальная катастрофа. Выжившее человечество разделено на две касты. Одна из них – дикари, ведущие борьбу за жизнь в постапокалиптической разрухе. Другая – могущественные Избранные, потомки тех, кто обрушил старый мир, чтобы стать полновластными хозяевами нового. Они почти бессмертны - оцифрованное сознание с легкостью переносится в новые тела. Их прекрасные города-убежища практически неприступны. Они истребляют тех, кого считают двуногими животными.
Но жестокое общество сверхлюдей породило Отступника, который выбирает другую сторону, и он не одинок. Теперь рядом с ним тот, кто сумел уцелеть в гибнущем мире. Человек с необычными способностями и неистребимой жаждой жизни. Неравная борьба начинается…
Это произведение на тему Золотого миллиарда. Рассказ о мироустройстве, черты которого проступают уже сегодня.
Но жестокое общество сверхлюдей породило Отступника, который выбирает другую сторону, и он не одинок. Теперь рядом с ним тот, кто сумел уцелеть в гибнущем мире. Человек с необычными способностями и неистребимой жаждой жизни. Неравная борьба начинается…
Это произведение на тему Золотого миллиарда. Рассказ о мироустройстве, черты которого проступают уже сегодня.
Выберите полку для книги